?

Log in

No account? Create an account
 
 
«В городе Торжке находится областная больница УФСИН по Тверской области. Так как возможности медчасти в колонии крайне ограничены..., то полноценная медицинская помощь невозможна... А в областной зековской больнице в Торжке возможностей больше... в плане оборудования, специалистов... Но для того чтобы попасть на обследование, лечение или произведение операции во ФСИНовскую больницу в Торжке нужно иметь направление от начальника медчасти Москвина. Это тот самый, что в январе, кстати, лишил Таисию всех лекарств, обидевшись за публикацию в интернете её записки, где она написала про наплевательское отношение медперсонала зоны к людям. Г-н Москвин очень не любит направлять больных заключенных из зоны в больницу. И дело, видимо, не только в распространенном убеждении людей подобной профессии, что заключенные всё симулируют, но и в личных качествах этого персонажа. Вот одна из историй характеризующая этого наследника Гиппократа. Заключенная Елена, при приезде в лагерь сообщила ему, что у неё проблемы с онкологией, уже была перенесена не одна операция с вырезанием опухолей. На что Елена получила ответ от Москвина: «С чего Вы взяли? Придумываете себе, а потом верите в это…»... Далее, спустя время, у Елены появляется на спине образование, похожее на опухоль. Она записывается на прием к доктору Москвину с просьбой отправить её на обследование в тюремную больницу в Торжок. Но светило медицины, не проводя никаких исследований, назначает ей «лечение»... Месяц опухоль смазывали йодом. Но так как не помогало, ещё месяц смазывали мазью «Левомеколь». Опухоль начала увеличиваться и болезненные ощущения усилились. На третий месяц Елена снова обратилась к начмеду с вопросом, о том что надо что-то делать. Москвин предложил начать опять мазать йодом. Елена спросила его: «А поможет?». «Хуже не будет» - получила она в ответ. В конечном итоге, Елену были вынуждены отправить в больницу в Торжок, где проведя обследование, ей удалили эту опухоль. ...Тот же Москвин, на просьбу другой онкобольной заключенной отправить её в Торжок на обследование сказал: «А зачем? Тебе уже ничего не поможет». А самая крылатая его фраза, которую он часто любит говорить женщинам-заключенным: «Мы все ТАМ будем. Кто-то раньше, а кто-то позже…». Объясняя, что тем самым, что обследоваться и лечиться особо смысла нет.

Спустя несколько дней, после того, как Таисию в январе лишили необходимых ей таблеток, и информация об этом попала в интернет: http://grani.ru/blogs/free/entries/211015.html, в колонию приехала высокопоставленная комиссия из системы ФСИН. В день её приезда, 29 января, Таисию отвезли из лагеря в обычную городскую поликлинику, для осмотра её эндокринологом. В медчасти колонии... даже специализированный анализ крови «сахарная кривая» перед выездом был сделан с нарушениями. Врач-эндокринолог подтвердила это Таисии. Она же пояснила, что необходимо полноценное обследование в нормальной больнице, в стационаре. По возвращении в колонию, Таисия узнала, что здесь находятся высокие проверяющие чины и стало понятно, почему вдруг её вывезли к врачу-эндокринологу. Из представителей «комиссии» с ней встретился только один высокий чин, который признав, что соответствующих условий для проведения обследования в колонии нет, пообещал ей, что Таисию всё-таки вывезут в середине февраля в больницу независимо от желания начальника медчасти Москвина. При этом этот чин сам же выразил скепсис, что это как-то поможет Таисии, сказав, что с такими болезнями «вполне можно жить и без лечения».

...Я пребывал вместе с дочерью Катриной на длительном свидании у Таисии с 4-го по 7-е февраля... Мы... приехали на свидание рано утром. Проводя нас в помещение для свиданий, сотрудники колонии выполнили свои обязанности, досмотрев нас (по-моему, это был первый «шмон» в жизни дочери, не смотря на пережитые ею ранее два обыска с участием масок-шоу) и проверив привезенные нами продукты. Всё было сделано очень вежливо и аккуратно. После этого привели Таисию… Катрина прилипает к маме на три дня... следует за мамой по пятам, даже на кухню и обратно. Таисия обещает дочери скоро выйти на свободу. Разговоры только про то, как мы будем жить после её освобождения... Таисия рассказывает подробно о своей жизни в лагере, об этапе и голодовке. ...При голодовке в карцере Тверского СИЗО невозможно было пить воду из-под крана (а другой воды там не было), из-за того, что она сильно хлорирована. И голодовка получилась фактически «сухая». В результате этого у неё стали отказывать почки по выходе из карцера. Таисия вспоминает, как её арестовали, и как оперативники ЦПЭ во главе Савченковым приходили в изолятор, требуя оговорить себя и меня, начать стучать - давать информацию про партию. Угрожали ей лишением родительских прав и помещением дочери Катрины в детский дом... Психологически тяжелее всего для Таисии было, когда прошли двое суток свидания и остались сутки до возвращения в зону. И тут уже Катрина, совсем по-взрослому, стала успокаивать Таисию, в свою очередь, объясняя ей, что она скоро освободиться и рассказывая, как всё будет хорошо после... Утром следующего дня конвой увел Таисию. Нас с дочерью снова досмотрели и проводили к выходу из колонии... А 26-го февраля журналисты дозвонились до адвокатов и сообщили им, что Смоленский суд отказался пересматривать приговор Таисии, при этом самих адвокатов суд даже не уведомили: http://www.rg.ru/2013/02/28/reg-cfo/osipova-anons.html".

Автор текста - Сергей Фомченков, муж полтизаключенной Таисии Осиповой. Публикуется в сокращении.