?

Log in

No account? Create an account
 
 
"Невидимый театр" - родственник левого арт-акционизма. Скандальные его действия импровизируются, финал непредсказуем, хотя в основу действия все же закладывается некий набросок сценария. Главное же в этом театре - полное отсутствие рампы. Зрители не знают, что они присутствуют на спекатакле. Актеры же скрываются среди обычных горожан, они неотличимы от толпы. И провоцируют окружающих на участие. Вот описание одной из таких акций:

Огромный ресторан при гостинице в Чиклайо, Перу. Агенты просветительской кампании ALFIN (Operacion Alphabetizacion Integral, «Интегральная грамотность в действии») обедают вместе с еще 400 гостями. Зал разделён на тех, кто обедает, и тех, кто ест по меню. Актеры «Невидимого театра» садятся за разные столики по всему залу.

Первый актер просит официанта заказать по меню, замечая вслух, что обычная еда очень плоха.
Официант, морщится, но приносит меню, актёр выбирает barbeque a la pouper, официант отмечает, что блюдо стоит 70 соле. Актер всегда говорит слегка как бы ненарочно повышенным тоном, утверждая, что он в состоянии оплатить блюдо. Блюдо приносят и актер быстро расправляется с ним. Официант приносит счет. Актер говорит людям за соседним столиком, что барбекю много вкуснее того, что они едят. Но проблема в том, что за это нужно платить.

Актёр: Я заплачу, не волнуйтесь, единственная проблема – я без гроша

Официант: Как же вы заплатите? Вы же знали цену, прежде чем заказать барбекю. И как вы собираетесь платить?

Соседи начинают вслушиваться

Актер: Не волнуйтесь, я заплачу, но раз уж я без гроша, я раплачусь рабочей силой
Официант: Чем-чем?! Какой ещё силой?

Актёр: Я же говорю - рабочей. Я беден, но могу расплатиться за барбекю, которое, кстати, было действительно вкусным, в отличие от того, чем вы кормите этих бедолаг, своим наемным трудом. Могу сделать что-нибудь, на сумму этого шашлыка.

Соседи включаются в разговор. Официант зовёт управляющего. Актёр еще раз разъясняет управляющему, что готов расплатиться за блюдо своим трудом

Актер: Но только тут еще одна проблема – я ничего такого не умею, поэтому дайте мне работу попроще. Например, могу мусор выносить. Сколько у вас мусорщику в час платят?

Управляющий не желает сдавать публично статистику фонда заработной платы предприятия общественного питания. Но тут подключается второй актер из-за соседнего столика.

Второй актёр: У меня друг тут работает, ему платят 7 соле в час.

Актёр: Ох нихуя себе! То есть получается, я должен работать 10 часов, чтобы отработать то, что съел меньше чем за десять минут?! Вам надо бы либо мусорщику зарплату поднять, либо цены понизить!.. Ну ладно, может, я что-нибудь более специальное сделаю? Наймите меня садовником, буду ухаживать за клумбами около отеля. Они красивые, ухоженные. Видно, что талантливый парень у вас за садом присматривает. Вы ему сколько платите? Я б в садовники пошел! Сколько часов нужно чтобы отработать барбекю а-ля пупер?

Вступает третий актер из-за дальнего стола. Он объясняет что садовник из одной с ним деревни, поэтому он знает, что садовнику платят 10 соле в час.

Первый актер (в полном ахуе): Вы что, озверели совсем? Человек так за садом смотрит – загляденье одно, сам дни на пролет под дождём и ветром, в жару и в холод, должен корячится семь часов к ряду. Чтобы съесть барбекю за десять минут?! Как это возможно? Объясните мне господин управляющий!

Управляющий в гневе, орёт на официантов, чтобы не стояли тут столбом, а делом занялись, чтобы перераспределить внимание клиентов, которые полностью в никли в беседу и уже подают советы и рекомендации, так что ресторан понемногу превращается в форум. Актер начинает спрашивать официанта, сколько ему платят. Другой актер, родом из соседней деревни, говорит, что в его деревне никто не получает по 70 соле в день, стало быть никто в его деревне не сможет съесть барбекю а-ля пупер. Это звучит прочувствованно и убедительно, потому что актёр, к тому же говорит чистую правду.

В финальной сцене еще один актер выступает с таким воззванием: Друзья, получается, что мы против официанта и управляющего. Глупость какая-то. Они нам братья. Они так же работают как мы и не их винить в том, что тут такие цены. Я полагаю, надо скинуться. Мы за этим столом дадим кто сколько сможет и вы, если сможете дайте один соле, два, пять. Сколько не жалко. И так и заплатим за барбекю. И не жадничайте, потому что, то что будет сверх цены останется на чай официанту, который рабочий человек и наш брат.

Начинается спор: С какой радости платить за его барбекю, если он сказал, что наша еда помои, гнать его в шею на кухню, пусть посуду моет…

Суть да дело набирается 100 соле, спор же длится до глубокой ночи...

Перевод художника Коли Олейникова: http://oleo-press.livejournal.com/